Время в игре:
14 июня 2017 года. Лето-осень 2017

События в игре:
Игра начинается. Борьба с шабашитами приобретает критический характер, старые члены Камариллы не могут противостоять налетам стай и выходкам шабашитов, нужны молодые вампиры, благо в город приезжает много молодежи среди смертных. Князь велит обратить их как можно больше. Пять лет назад он обратил в Вентру одну молодую девушку, которая впоследствии станет его ученицей и помощницей. А сейчас все в Совете Старейшин ждут прибытия представителя Внутреннего круга, пообещавшего помощь Князю.

welcome

Добро пожаловать в мир Маскарада вампиров, в мир, где со становлением можно получить второе рождение, но никогда не увидеть солнца... В канадском городе Квебек Сити (провинция Квебек) ночная жизнь города кипит по-настоящему, ибо в эти ночи здесь не прекращается борьба Камариллы и Шабаша.

В игру нужны молодые вампиры (птенцы до 5 лет, неонаты), а также смертные. Все такие персонажи в любое время проходят по упрощенному приему.
              >>>

VTM: eternal war

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » VTM: eternal war » Темные века » Вентру (Ventrue) (Тёмные века)


Вентру (Ventrue) (Тёмные века)

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Вентру (Ventrue) (Тёмные века)

Вентру, шествующие по полям битв и тронным залам, считаются истинными королями на шахматной доске Каинитов. Их участь – завоевания, походы и войны; они правят из своих имений и дворцов. Многие из них и при жизни были завоевателями и утратили способности в посмертии, другие же достигли успеха на поприще торговли или ростовщичества. Но все они были удачливы в жизни, и в качестве награды были приняты в клан Вентру. Среди Вентру нет неудачников, только успешные и известные при жизни вампиры.

Для Вентру очень важны традиции, они придают большое значение этикету и возрасту. Чем дольше Вентру существует в качестве вампира, тем большим уважением со стороны младших членов клана он будет пользоваться. Старшие представители клана с удовольствием обучают свое потомство, десятилетиями передавая ему свою мудрость, а потом искренне наслаждаются, наблюдая за успехами учеников.

Положение при жизни для Вентру особого значения не имеет, а титулы и имения, принадлежавшие смертному, значат меньше, чем власть над одним городом, полученная в посмертии. Значительная часть успеха, выпавшего на долю клана, является результатом действий его ярких представителей; если же дело будет представлено на рассмотрение клана в целом, оно, скорее всего, будет погребено под кучей возражений и ссылок на прецеденты и нехватку средств.

Но если уж Вентру перешли к действиям, они действуют быстро, эффективно и решительно. Вентру, идущий к цели, представляет собой жуткое зрелище, так как он не остановится, пока не достигнет желаемого, и горе тому, кто встанет на его пути. Против союзов с представителями других кланов Вентру, как правило, не возражают; взаимодействие с собратьями вызывает у них значительно больше затруднений.

Прозвище: Патриции.

Внешность: всегда безупречно выглядящие, Вентру отдают предпочтение моде тех времен, когда они еще были живы. Вентру, поживший несколько веков, при любой удобной возможности будет носить одеяния, к которым привык при жизни. Встречи Вентру напоминают маскарады с уклоном в историческую тематику.

Убежище: крепости и замки, чаще всего те, где правят их смертные потомки, - вот лучшие убежища для дневной дремы. Они никогда не удаляются от цивилизации.

Происхождение: часто Вентру дают Становление дворянам. Но для принятия в клан не обязательно быть военным лидером: Становление могут получить успешные купцы и банкиры; в свое время в ряды клана вступило немало рыцарей-тамплиеров. Те из Вентру, кто старается соблюдать все традиции, дают Становление только собственным потомкам, чтобы не размывать идеалы клана.

Создание персонажей: обычная концепция для Вентру – военный или дворянин. Предпочтение отдается Ментальным Атрибутам и Знаниям. В качестве Дополнений у большинства Вентру фигурируют Ресурсы и Влияние; бедных Вентру очень мало.

Дисциплины клана: Доминирование, Стойкость, Присутствие.

Слабости: у всех Вентру есть те или иные предпочтения в выборе пищи. Они могут пить кровь только одной, строго определенной, категории жертв (священников, нехристиан, девственниц, англичан и т. п.). Эта категория выбирается в процессе создания персонажа. Даже голодающий, раненый и впавший в безумие Вентру не будет питаться за счет жертв, не соответствующих его запросам.

Организация: существует двор Вентру с постоянно меняющимися королями и королевами. Во время частых встреч членов клана соблюдаются все установленные правила поведения, но большее внимание уделяется положению вампира внутри клана, а не его деяниям, даже если эти деяния совершались во славу и к выгоде клана. Если во время такого собрания будет высказана здравая идея, она почти наверняка встретит возражения со стороны доброй дюжины Вентру, которые не хотят, чтобы хоть какое-то начинание, к которому они не имеют отношения, преуспело.

Цитата: ваши желания что-то значат на ваших землях, барон. Но этой ночью вы стоите на моей земле, а здесь мое слово – закон.

Стереотипы:

    Ассамиты: на поле боя они не казались бы столь пугающими, как сейчас, когда они наносят удар из теней и исчезают.
    Бруха: может показаться, что через тысячу лет они забыли о Карфагене, но это не так. У них прекрасно получается лелеять обиды, но это все, что они могут.
    Каппадокийцы: кое-кто из их находок может оказаться полезным, остальное же – пустая трата времени. Честно говоря, в большинстве своем они неинтересны.
    Последователи Сета: в следующий раз крестоносцы дойдут до берегов Нила, и тогда мы сметем этих гадюк с лица земли. К черту сарацин – вот где истинные язычники.
    Гангрел: возможно, рано или поздно этих зверенышей приручат, и тогда они будут нас полезны. Примерно как гончие или соколы.
    Ласомбра: они могут претендовать на благородство не больше, чем торчащий между лопаток нож. Вероломство и снисходительность – превосходное сочетание качеств.
    Малкавиане: уста безумцев изрекают истину. Вспомни Иезекииля и Амоса, а затем присмотрись к Малкавианам.
    Носферату: интересно, что многие из них, хотя и обладают внешностью демонов, становятся жертвами собственных религиозных страстей. Но те из них, кто сохраняет разум, весьма талантливы.
    Равнос: они – полная противоположность всем нам, поэтому их следует изгнать куда-нибудь к Антиподам, чтобы они там практиковали свои фокусы друг на друге.
    Тореадор: прислушивайся к ним, когда речь идет об искусстве и красоте, но ни о чем другом.
    Тремер: следует признать их амбициозность и гениальность, с которой они смогли натянуть на себя покров Каина. Увы, но остальные их качества одобрения не вызывают.
    Цимисхи: по всей видимости, в восточных землях благородство значит нечто иное, чем в землях Запада. Относись к ним так, как ты относишься к медленно разгорающемуся огню: с уважением и опаской.
    Ваали: и почему хоть кто-то может испытывать колебания, когда ему предоставляется шанс уничтожить одного из этих мерзких дьяволопоклонников?

Особенности

Со времен Римской Империи Вентру тайно жили в замках аристократии, управляя их владельцами и разделяя с ними удобства и роскошь жилища. Даже когда варвары захватывали их земли, Вентру редко приходилось жить среди простолюдинов и отказываться от крови благороднейших дворян. Если род полностью уничтожался захватчиком, Вентру просто находили для себя другого владетельного сеньора.

По мере развития экономики и торговли в Европе Вентру стали принимать под свое покровительство и купеческие семьи. Во время завоевательных походов франков, а затем и норманнов, Вентру часто следовали за победоносными армиями смертных, покидая Францию ради Германии, северной Англии и Ирландии, северной Италии и Сицилии, Кипра и Святой Земли.

Сейчас Вентру досаждают давно позабытые призраки. Мало кто из молодых Вентру знает о давно минувшей войне с Бруха или о городе, павшем под мечами римлян. Все, что им известно, - это что Бруха ненавидят их из-за каких-то древних склок и готовы пойти на все, чтобы помешать им в достижении целей. С Востока наступают Ассамиты, Ласомбра пытаются пошатнуть их власть, так что впереди у Вентру тяжелые времена.

Сила и влияние

Сильнее всего положение Вентру во Франции и в Англии, их влияние распространяется и на другие страны. Центр их власти – Париж, и они полностью контролируют рынки и ярмарки близлежащих земель. Многие Вентру питают к французскому дворянству сентиментальную привязанность. Парижский университет, блеск французского королевского двора и состояния местных торговцев – вот основной источник гордости для Вентру.

По большей части сила Вентру проистекает из имеющихся у них ресурсов. При помощи Присутствия и Доминирования они управляют самыми могущественными аристократами и богатыми купцами Европы. Кое-кто из них имеет под рукой целые армии, другие вмешиваются в деятельность правительств, но, в сущности, мало что меняют в обществе. Только тогда, когда затронуты интересы Вентру, они становятся агрессивными, и тогда горе их врагам…

Организация

Организация Вентру повторяет организацию королевского двора – на местах и в масштабах всего клана. Старшие Вентру в каждом регионе считаются чем-то вроде местных монархов. Монархи принимают посетителей и просителей, а от местных Вентру ожидается, что они будут прислушиваться к заявлениям правителей. Каиниты из других кланов тоже принимаются ко двору, особенно если они приходят с правильно составленными прошениями.

Большой Двор считается важнее всех остальных дворов. Вентру собираются при Дворе, чтобы обсудить дела, заключить сделки и составить планы на несколько лет вперед. Младшие Вентру при Дворе могут получить поощрение или порицание, что обычно сильно отражается на их положении и репутации.

Многие Вентру считают Большой Двор местом, где можно продемонстрировать богатство и влиятельность; они часто прибывают ко двору в сопровождении пышно разодетых слуг и гулей. Другие Вентру хвастаются привлекательными, остроумными и знатными товарищами и спутниками. Большой Двор собирается в Париже; королевская корона украшает чело досточтимого князя Александра, принадлежащего к четвертому поколению. Королева Двора - Савиарр, славящаяся красотой старейшина, которая фактически управляет кланом. Младшие князья и старейшины отправляют ко Двору послов с просьбами о помощи, дарами или сообщениями о своих победах.

Текущая ситуация

Вентру, в основном обитающие среди дворян и купечества, подвержены тем же порокам, что и аристократы, которыми они питаются. Многие из них для визитов ко двору обзаводятся роскошными одеяниями, порою заказывая новый наряд каждый раз, когда собираются выезжать «в свет». Вентру увлекаются придворными церемониями, князья Вентру порою «посвящают в рыцари» своих наиболее верных подданных, причем обряд посвящения часто подразумевает Клятву Крови. Члены клана щедро раздают привилегии и полномочия, в том числе и представителям других кланов.

Часто Вентру становятся покровителями для младших членов клана, что позволяет им лишний раз проявить свое влияние. Они делают друг другу роскошные подарки и всегда готовы предложить помощь. Частично это связано с желанием продемонстрировать власть и щедрость, но при этом такая практика способствует укреплению клана.

Задачи

Вентру продолжают участвовать в борьбе за власть, надеясь хотя бы частично подчинить себе сообщество Каинитов. Часто им в этом мешают конкуренты, в особенности - Ласомбра. К тому другие кланы упрямо противятся власти Вентру в любом ее проявлении, в особенности Бруха, которые свели на нет влияние клана Вентру в Испании.

Можно предположить, что Вентру ожидает славное будущее. Их власть в Англии и Франции становится все сильней, а недавняя угроза со стороны Тремер породила между кланами хоть какое-то подобие взаимопонимания. Если повезет, этот конфликт объединит вампиров, и Вентру станут теми, кто поведет вампиров в новое столетие.
Источник: Vampire: The Dark Ages
Перевод — khe12
HTML-верстка и правка — Asher

http://wod.su/dark_ages/clans/ventrue

0

2

Темные века

Все, что называется «темным», просто не может не принести пользы вампирам. Вентру того времени думали именно так. Никогда еще за последнюю тысячу лет человеческие организации – за исключением Церкви - были такими слабыми. Сородичи могли чуть ли не в открытую управлять своими владениями, а иногда и землями смертных. Создаваемая Камиллой система, призванная объединить клан, была позабыта, когда отдельные Вентру снова начали заботиться только о себе.

Клан разделился на две четко различимые части: западных Сородичей, сосредоточивших все свое внимание на личных владениях и отдельных представителях знати, и восточных Вентру, которые сохранили тесные связи с остатками Римской империи, давших начало Византии. Единство клана было разрушено, но отдельных Вентру столь отвлеченные (и по большей части умозрительные) материи не интересовали. После веков сурового правления Камиллы они ухватились за возможность вновь броситься в свободный полет.

Во время Крестовых походов этот раскол стал причиной серьезного внутрикланового противостояния. Западные Вентру, связанные с Римской церковью и христианской аристократией, схлестнулись с восточными Вентру и их православными и мусульманскими союзниками. Хотя ни одна из сторон не предпринимала никаких организованных действий, все же в то время произошло множество мелких столкновений и стычек между Вентру. Иногда Вентру даже открыто сходились в бою, нападая друг на друга, а то и уничтожая своих собратьев. Например, группа Вентру славянского происхождения вытеснила из Восточной Европы Вентру, происходивших от тевтонов и других западных племен, и стала известна как Восточные Владыки. Клан, застигнутый врасплох неограниченной свободой Долгой Ночи, переживал один из самых бесславных периодов своей истории. А затем дела пошли еще хуже.

Похороненная история

Археология – это относительно новая наука, придуманная и развиваемая в основном людьми. Когда речь заходит о Вентру, то древние реликвии, если только они уже не находятся в чьих-то руках, лучше не трогать и не искать. По крайней мере, так считалось до недавних пор. Недавние открытия молодых Вентру, интересующихся историей клана, во многом изменили это отношение. Для клана, буквально одержимого традициями, историей и церемониями, древние реликвии имеют большое значение. Тот, кто сможет претендовать на владение лавровым венцом Камиллы или камнем из убежища [Вентру] во Втором Городе, вызовет у своих собратьев уважение и (что более важно) зависть. Разумеется, эта страсть распространяется в основном на те артефакты, которые связаны с кланом. Предметы, принадлежавшие стаду или даже другим Сородичам (если только они не связаны с такими историческими фигурами, как легендарный Каин), у большинства Вентру интереса не вызывают.

Вентру, располагающие немалыми средствами, организовали несколько крупномасштабных раскопок в городах, входивших в круг интересов Сородичей. Чтобы соблюсти Маскарад, агенты Вентру и гули ведут наблюдение за этими раскопками совместно молодыми членами клана, которые следят за ситуацией издали, готовые в любой момент «позаботиться» о слишком самостоятельной пешке из числа смертных копателей или устранить утечку информации. Несколько Вентру, участвующих в этих мероприятиях, утверждают, что они поддерживают Маскарад, финансируя раскопки и следя за тем, чтобы неосведомленные смертные не наткнулись на тайны, которые им не следует знать. Это утверждение можно счесть правдивым, но все же основной причиной их интереса к археологии является желание завладеть ценностями и тем самым возвыситься над собратьями.
Ночи огня

Почти все кланы были застигнуты врасплох приходом Инквизиции. Вентру был нанесен такой же тяжелый удар, как и всем остальным, а может быть, и более сильный – из-за их высокого положения. Тысячи Сородичей любого звания и состояния приняли Окончательную Смерть в направляемом Церковью огненном смерче, прокатившемся по Европе в XIII веке. Когда разразился кризис, Вентру начали пожинать плоды своей разобщенности. Охваченные страхом перед карающими кострами старшие Вентру предпочитали жертвовать потомками ради спасения собственных не-жизней. Бежавшие наставники бросали своих питомцев на произвол судьбы, надеясь, что время, потраченное на уничтожение злосчастного молодняка, отсрочит приход Инквизиции к ним самим. Один французский Вентру перед побегом даже дал Становление нескольким смертным, оставив ничего не понимающих птенцов на растерзание служителям Церкви.

Ответом на такие действия старших Сородичей стало Восстание мятежников, событие, не имеющее аналогов в истории Сородичей. Молодые вампиры, словно движимые единым порывом, восстали против сиров. Они оказались почти так же опасны, как Инквизиция, так как мятежники, как правило, знали, где и как можно найти старших вампиров. Клан Вентру, и без того ослабленный противостоянием с Церковью, начал уменьшаться в численности. Оказалось, что в одиночку Вентру не в силах были совладать с исходящей от мятежников угрозой; подчинить себе Инквизицию им тоже не удалось.
Камарилья и возрождение клана Вентру

Как и можно было ожидать, способ борьбы с мятежниками был предложен Вентру. Хардештадт Старший был выдающимся представителем своего клана, и значимость его возросла еще больше после того, как он умудрился относительно невредимым пережить Ночи Огней, принесшие смерть множеству его старших собратьев. Как и многие Вентру, Хардештадт интересовался историей. В отличие от многих, он мог прозревать будущее. Он вспоминал достижения своего клана: Артемиду, которая объединила клан в борьбе с афинскими Бруха, Камиллу и Лисандра, заключивших союз со многими кланами и Сородичами ради уничтожения Карфагена. И вот теперь непокорная молодежь, похоже, бросает вызов старшим Сородичам. Единство – вот что стало ответом на вопрос Хардештадта.

История создания Камарильи в 1450 году и ее деятельность хорошо известны. Но мало кто осознает, что Хардештадт воспользовался ситуацией, что объединить клан Вентру. Кто-то считает, что ему помогал Лисандр, хотя ни тогда, ни с тех пор никто не видел древнего воителя. Вероятно, Хардештадт помнил о нем и о Камилле, так как предложенная иерархия Вентру во многом повторяла ставшую классической структуру. Хардештадт воссоздал совет, введенный Камиллой в начале предыдущего тысячелетия. Он и примерно две дюжины влиятельных и уважаемых Вентру согласились с хартией Совета Эфоров, согласно которой следовало давать советы отдельным Вентру и собирать форум для разбора обид и претензий, который (теоретически) будет свободен от местных предубеждений. Было решено, что эфоры, также называемые директорами, будут держать свои личности в тайне, чтобы ничья известность не могла затмить власть совета в целом.

Пересмотр роли Ласомбра

Историки Вентру не всегда отрицательно относились к Ласомбра. На самом деле до создания Шабаша Вентру вообще мало высказывались об этом клане. Только в последние пять столетий или около того они начали собирать «свидетельства» многовекового вероломства Ласомбра. Сейчас многие Вентру – даже достаточно старые для того, чтобы помнить, как обстояли дела на самом деле, и достаточно молодые для того, чтобы сохранять равнодушие, - верят, что Ласомбра постоянно, еще со времен Первого Города, были занозой в пятке Вентру.

На самом деле, хотя Ласомбра и Вентру тысячелетиями соперничали друг с другом, кланы не вступали в открытый полномасштабный конфликт вплоть до момента образования Шабаша. С тех пор мнение кланов друг о друге претерпело значительные изменения. Вентру считают своих укутанных тенями соплеменников существами до крайности завистливыми, одержимыми желанием сместить избранный Каином клан и занять его место во главе Сородичей. Многие Вентру убеждены, что Шабаш и все вызванные его появлением конфликты – это не более чем инспирированные Ласомбра нападения на клан Вентру.

Так уж получилось, что коллективное «Я» Вентру не может смириться с одним простым фактом: Ласомбра не считают, что создание Камарильи было гениальной задумкой. Более того, сама мысль о том, что «отдаленный и второстепенный» клан осмеливается противостоять владычеству Вентру в политике, финансах и влиянии на общество смертных, вызывает у Аристократов разлитие желчи. Кто дал Ласомбра право покушаться на власть? И насколько грубы применяемые ими методы? Жестокий, не связанный Маскарадом Шабаш представляет угрозу для всех Сородичей. Разве может потенциальный вождь рисковать, навлекая на Каинитов угрозу новой Инквизиции? Многие Вентру чувствуют, что зависть свела Ласомбра с ума, и что если их не удастся призвать к порядку, то лучше всего будет их уничтожить, подобно бешеным животным.
Возрождение и Реформация

После создания Камарильи клан Вентру пережил бурное возрождение, начавшееся в XVI веке. Перед ним открывался новый мир, полный возможностей. После того, как к Камарилье присоединилась большая часть мятежников, возглавляемая Вентру секта смогла отбить все нападения Шабаша и прочно закрепилась в Западной Европе, которая, как показал начинающийся Ренессанс, была для него самым подходящим местом.

В то время, когда смертные заново открывали все то, о чем Сородичи никогда не забывали, Вентру проверяли свою вновь воссозданную мощь. Под самоотверженным руководством отдельных Вентру и выдающихся Тореадоров, Малкавиан, Тремеров и Бруха Камарилья процветала, обеспечивая мирное (по крайней мере, безопасное) существование Вентру, изучающим свои новые возможности. Памятуя об Инквизиции и по-прежнему опасаясь людей, многие Сородичи ухватились за Маскарад (как того и хотели Вентру) и отказались от прямого вмешательства в дела смертных. Но Вентру продолжали идти вперед, хотя и более окольными тропами, чем в эпоху Длинной Ночи.

Роберт Кросс, прошедший Становление в Германии во времена Инквизиции, первым понял всю возможную выгоду вложений в поддержание новых предприятий и производств. Будучи помощником Хардештадта и одним из первых архонтов Камарильи, Кросс в составе свиты юстициара Демокрита объездил всю Западную Европу. В конце концов он обосновался в Голландии, где стал негласным вкладчиком многих «исследовательских» компаний. За несколько десятилетий торговля с Дальним Востоком принесла Кроссу и его смертным партнерам немалые прибыли. Со временем отпрыск Кросса, Хуан-Мигель Рамирес, повторил успех своего сира в Испании. Его вложения в буквальном смысле слова окупились сторицей, принеся ему тонны золота.

По всей Европе клан Вентру занимался инвестициями и вел торговлю с Новым Светом и Азией. Хотя большая часть работы выполнялась смертными, а сами Вентру редко пускались в путь к своим иноземным владениям, сундуки Сородичей были до верху наполнены деньгами. Именно в то время Вентру заработали вполне заслуженную репутацию богатейшего клана мира. Даже в наше время доходы от заморских вложений, сделанных в те давние ночи, служат основой благосостояния многих европейских старейшин.

Но, к досаде Вентру, приобретенные богатства лишь усилили раскол между кланом и его отступниками, ушедшими в Шабаш. Хотя среди мятежников было очень мало Вентру-анархистов, на нехватку энтузиазма они не жаловались. Еще до завершения формирования Камарильи многие раскольники из числа Вентру отказались подчиняться решениям клана. По мнению этих молодых Вентру, их старейшины погрязли в богатстве и самодовольстве. Они променяли благородство минувших ночей на комфорт и роскошь. С точки зрения мятежников, старейшины клана из аристократов превратились в торгашей.

Старейшины и консервативно настроенные Вентру, разумеется, утверждали, что деньги были лишь средством, позволяющим сохранять главенствующее положение. Они считали, что ночи феодализма подходят к концу. Божественное Право было подвергнуто сомнениям, а расчет мог стать новым путем к власти.

Антитрибу не желали уступать. С их точки зрения, основная часть Вентру просто предпочла путь наименьшего сопротивления, отказавшись от прежнего образа жизни, благодаря которому они пользовались репутацией истинных владык. Начиная с момента создания Камарильи и до Последних Ночей отступники Вентру не желали иметь ничего общего с породившим их кланом. Их разделяли не догматы Шабаша, но полное расхождение мировоззрений. Мало кто из Каинитов познал столь яростное соперничество.
Революционная лихорадка

По странам Европы волна за волной прокатывались войны, свергая правительства и заливая землю реками крови, но Вентру (и Сородичи в целом) упорно занимались своими делами. Они научились связывать свои судьбы не с каким-нибудь конкретным смертным королем, а с самими властными и финансовыми институтами. Властители приходили к власти и исчезали с лица земли, но влияние Вентру оставалось неизменным. Так было до тех пор, пока сохранялось правительство.

Вентру не очень охотно следовали за своими инвестициями в колонии, особенно когда речь шла о Новом Свете. В то время как спонсоры из числа Вентру богатели благодаря своим британским «партнерам», Шабаш организовывал себе убежища в каждой крупной колонии на восточном побережье Северной Америки. Молодые Вентру и прочие Сородичи из Камарильи все же находили способы отправиться в Новый Свет, но не в таких количествах, как Ласомбра, Цимисхи и остальные Каиниты Шабаша.

Таким образом, к началу Войны за независимость1 Вентру оказались не готовы. Шабаш воспользовался организованным смертными переворотом, с самого начала запустив когти в формирующуюся нацию. Несколько князей Вентру – князьков, как их называли европейские старейшины, - сдались Шабашу. Война 18122 года позволила Шабашу нанести еще один удар, возможно, не столь эффективный, как надеялись члены секты. Вскоре стало ясно, что новорожденные Соединенные Штаты на долгие годы станут ареной битвы между сектами.

На протяжении следующих 50 лет Шабаш медленно, но верно продолжал свое вторжение на территорию Соединенных Штатов, пользуясь поддержкой со стороны британской Канады. Примерно половина их попыток проваливалась из-за внутренних распрей и предательства, чем и пользовались хитрые Вентру, предъявляя свои права на владения, которые не в силах были удержать грызущиеся друг с другом стаи. Утратив позиции на востоке, Аристократы сосредоточив все свои усилия на бурно развивающихся центральных и западных штатах, то есть на тех территориях, куда пока что не удалось проникнуть Шабашу. Чикаго, Сент-Луис, Канзас-сити, Денвер, Лос-Анджелес (на время) и Сан-Франциско стали опорными пунктами Камарильи и Вентру.

Вентру никогда не уделяли рабству особого внимания. В Европе смертные считали его неприемлемым и не особо выгодным занятием. С точки зрения Вентру, все смертные были рабами – в той или иной степени. Они не терзались из-за того, что люди порабощают друг друга. На самом деле кое-кто из Вентру считал, что в рабовладении есть свой смысл. Когда этот вопрос – да еще вопрос о «правах штатов» - стал причиной войны, Вентру не поддержали ни одну из сторон. Зато они воспользовались возможностью, чтобы нанести удар в самое сердце территорий Шабаша, в то время как люди обильно поливали эти земли кровью.

В этой движимой эмоциями войне Вентру использовали малейшие преимущества и все свое влияние, каким бы незначительным оно ни было. Котерии возглавляемых Вентру «рейдеров» покусывали обе воюющие стороны, врываясь в разграбленные войсками города и изгоняя оттуда всех оставшихся членов Шабаша. Во время знаменитого марша Шермана через Джорджию Вентру и их союзники из Камарильи шли по пятам его армии, чтобы захватить новые владения в Атланте, Саванне и нескольких других городах. Вскоре в их руки попали Ричмонд, Чарлстон и прочие города юга. Нельзя сказать, что Шабаш на территории Соединенных Штатов был полностью разгромлен, но все же он понес значительные потери, что повлияло на последующие десятилетия Великого Джихада.
Войны смертных

Люди, как и Сородичи, питают склонность к конфликтам. Они часто сражаются друг с другом, иногда по пустяковым (по крайней мере с ретроспективной точки зрения) поводам, например, из-за спора о пресуществлении или присутствии Бога в Святых Дарах. Иногда в этих войнах участвуют Сородичи. На протяжении многих лет Каиниты часто приписывали себе те или иные заслуги, а Вентру в особенности любят заявлять о своей причастности к громким событиям. На самом деле большинство вампиров вступает в конфликт только тогда, когда мелкие стычки перерастают в крупномасштабные столкновения. Только самые хитроумные старейшины или Патриархи способны исподтишка спровоцировать войну, но все Каиниты готовы ждать, чтобы потом, подобно стервятникам, наброситься на останки.

В древние времена, когда воевали Спарта и Афины или Рим и Карфаген, Вентру могли с полным основанием говорить о своем участии в конфликте. В те ночи Сородичи влияли на людей напрямую, во многом потому, что население великих империй прошлого по сравнению с нынешними временами было невелико. И даже тогда люди обычно стояли наравне с Сородичами. Едва ли одному Каиниту, каким бы могущественным он ни был, удалось бы втянуть в войну целую нацию. Но Вентру научились извлекать из войн пользу. Римляне и карфагеняне сражались за власть и влияние в Средиземноморье, а Вентру и их союзники тем временем смогли сокрушить твердыню Бруха.

Война всегда обнажала самые опасные качества людей. Множество отрядов выстраивалось друг против друга, готовясь убивать и умирать. Даже Сородичу пришлось бы несладко, окажись он между воюющими армиями. Численность современных армий может составлять несколько миллионов, и силу, высвобождаемую в конфликтах, не удается контролировать ни отдельным Сородичам, ни кланам в целом. В эпоху, когда взрывы уничтожают целые города (а с ними – и убежища Сородичей), танковые дивизии перемалывают населенные пункты в труху, а с самолетов, летящих на высоте нескольких миль, на землю падает смерть, мудрые Сородичи втягивают головы в плечи и ищут надежные укрытия. Те же, кто отважится втравить людей в войну, должны соблюдать величайшую осторожность. Стоит только конфликту начаться, и он начинает развиваться по собственным законам.

Расцвет Европы

XIX век стал еще одним золотым столетием для Вентру, напоминанием о трех первых веках нашей эры, когда власть Рима была непоколебима. После кровопролитных наполеоновских войн, отметивших начало века, Британия стала ведущей державой континента, а со временем – и мира. Клан Вентру, даже после утраты позиций в Америке и неприятностей во Франции, смог занять положение, позволявшее ему наращивать влияние во всех уголках земли. Британские Вентру под властью «княгини», королевы Лондона Анны, преумножили свои состояния, опутали сетью связей Африку, Индию и Азию и расселили по новым землям своих потомков.

До сих пор по меньшей мере один Вентру владеет основанным в 19 веке доменом на землях враждебной к Сородичам Южной Африки, их власть сохранилась в нескольких крупных городах Индии, Гонконге, Макао и на Святой Земле. Вслед за британской армией они пришли на Ближний Восток, и их присутствие там положило начало крупным инвестициям в нефтедобывающую промышленность. К концу века Вентру по всему миру могли называть себя частью величайшей империи на памяти Сородичей и людей.

Положение, которое Вентру занимали в Британии, позволило им воспользоваться плодами еще одного великого события XIX века – промышленной революции. Деньги клана сыграли заметную роль в индустриализации страны. С точки зрения Вентру, чем больше людей в городах, тем лучше, в особенности если эти люди могут приносить прибыль. Вентру оставалось только разумно вкладывать деньги и наблюдать за их ростом. Они быстро устранили агентов Шабаша и анархистов, пытавшихся влиять на зарождающееся рабочее движение. Для этого им понадобилось подкупить смертных лидеров движения, надавить на рабочих и уничтожить зарвавшихся Сородичей.

Подражая деяниям Роберта Кросса, Хардештадта и прочих выдающихся немецких Вентру, члены клана в Германии воспользовались развитием промышленности и ростом националистических настроений, чтобы объединить родные земли под единой властью. Большую часть работы сделал канцлер Бисмарк, ничего не знающий об организованной Вентру охране, которая по меньшей мере шесть раз спасала его от покушений со стороны отстало мыслящих Сородичей и назойливого Шабаша. К концу века Германия стала силой, с которой приходилось считаться, а Вентру прочно закрепились на ее территории.

В начале XX века Вентру с предвкушением смотрели в будущее. Казалось, Европа никогда ранее не была такой безопасной. Они потеснили Шабаш в Америке или остановили его распространение, и сила их росла. Постоянная поддержка со стороны Европы делала победу на этих землях неизбежной. Но XX век все изменил.
Восставший из торпора

Какие бы особенности физиологии не заставляли Сородичей погружаться в торпор и выходить из него, последствия такого события могут быть катастрофическими, особенно – на политическом фронте. Время от времени могущественный Вентру впадает в долгий сон, оставляя без присмотра обширную финансовую и политическую империю, которая очень часто становится добычей его современников и конкурентов. Пробудившись, Сородич желает вернуть себе все, что потерял. Сородичи большинства кланов соглашаются с тем, что у торпора есть своя цена. Но клан Вентру не считает, что проведенное в торпоре время как-то влияет на права Сородича или, что более важно, на его звание. Поэтому высокопоставленный вампир может вернуться в мир через сотни лет и обнаружить, что признание его достоинств позволило ему сохранить былое положение.

Если Верить слухам, последним старейшиной клана, вышедшим из торпора, был Филипп де Марго, французский Вентру, впавший в сон в конце XVIII века. Филипп, получивший Становление в 894 году, был известен своими добродетелями, позволившими ему дважды занимать пост князя и на протяжении 30 лет выполнять обязанности архонта. В клане он получил звание стратега (второе по значимости рыцарское звание, признаваемое Вентру). Перед своим таинственным исчезновением в 1791 году он считался одним из ведущих кандидатов на должность юстициара. Полагая, что он погиб от рук членов Шабаша (который заявил о своей причастности к его Окончательной Смерти), Вентру напрочь забыли о нем вплоть до того момента, когда он появился на заседании Директората в Лионе.

Будучи признанным стратегом, Филипп ожидает определенных знаков уважения со стороны своих ровесников и младших членов клана. К несчастью для него, сейчас ему в мире места нет. Его состояние давным-давно было разграблено его товарищами-Вентру и другими Сородичами. Оказавшись в мире, который он с трудом понимает, Филипп сейчас пытается осознать, насколько же сильно все изменилось. Различные группировки пытаются заручиться его поддержкой, не столько из-за его влиятельности, сколько из-за звания и отличий ( dignitas), связываемых с его именем. Каждая группировка надеется использовать его репутацию ради достижения своих целей.

Разумеется, Филипп прекрасно понимает, что происходит. Он стравливает группировки друг с другом, обещая им то поддержку в обмен на услуги, то полезные знакомства в обмен на ресурсы, которые позволят ему протянуть до того времени, когда он вновь обретет почву под ногами. К нему тянутся молодые Вентру, которые хотят работать вместе со старшим представителем клана, способным проявить власть – и в будущем вознаградить их за преданность. Он, в свою очередь, надеется воспользоваться их знаниями о современном мире, чтобы восстановить былую славу и почет.
Две великие войны

Первая мировая война началась неожиданно для всех, кто в ней участвовал, в том числе и для Вентру. После того, как политическое убийство положило начало боевым действиям, Сородичи Европы – и в особенности Вентру - решили укрепить свои позиции, зарыть томагавк войны и благополучно переждать шторм.

Очередная самая кровавая война в истории превзошла все ожидания и изменила Европу и мир в целом. Германия лежала в руинах, большая часть Восточной Европы обрела совершенно новые очертания. Вентру держались подальше от окопов, но их промышленные концерны во время войны сильно пострадали. Европа погрузилась в политический хаос, и многим Вентру пришлось налаживать новые контакты с послевоенными правительствами. Через двенадцать лет началась Депрессия, и дела пошли еще хуже. Немалое число выдающихся Вентру, в том числе и Роберт Кросс, покинули Старый Свет и переселились в Соединенные Штаты, надеясь воспользоваться моментом и захватить новые территории, тем самым упрочив положение Камарильи. К тому же созерцание прежних владений, пришедших в упадок, наводило на них тоску.

Фашизм, приобретший популярность в Италии и Германии, дал надежду тем из Вентру, кто остался в Европе. В Италии – стране, которая на протяжении многих веков была ареной политических дрязг и столкновений, - Вентру поддержали Муссолини, купившись на его обещание вернуть Италии славу Древнего Рима. Никогда еще слух Вентру не услаждали столь приятные речи. Значимые представители клана, например, Хуан-Мигель Рамирес в Испании и Катарина де Воло в Италии, выступили в поддержку фашистских партий и воспользовались возможностью вернуть состояние и влияние, утраченные за время войны.

В Германии ситуация была более сложной. Многие Вентру относились к нацистской партии с сильной неприязнью, в основном из-за ее «социалистических» и «народных» корней. Слишком многие пункты программы Гитлера напоминали старым Вентру времена Инквизиции. Старейшины опасались, что народное движение скатится в мистицизм, ведь Гитлер проявлял интерес к оккультным наукам. Если нацисты смогли поверить, что в их бедах виноваты евреи, разве не поверят они и в вампиров, сыгравших свою роль в истории?

Молодым Вентру такие страхи были неведомы. Гитлер был для них тем же, чем для итальянских Вентру был Муссолини, - новой надеждой. Нацисты могли навести порядок, восстановить промышленность и подчинить себе население. Как оказалось, влиять на Гитлера было невозможно, так как его слишком хорошо охраняли, к тому же он испытывал параноидальный страх перед сверхъестественными силами, из-за чего никто из Сородичей не мог подобраться к нему. Хотя многие Вентру извлекли выгоду из новых обстоятельств и приобрели некоторое влияние в нацистской партии, мало кто из них пользовался хоть каким-то авторитетом у партийной верхушки.

Когда все же началась война, Европа вновь погрузилась в хаос. Эфоры Вентру оказались по разные стороны линии фронта, отстаивая свои интересы. В течение пяти долгих лет почти все Сородичи Европы были предоставлены сами себе. Не лезть под бомбы, использовать любые преимущества и не высовываться – вот и все, что могли посоветовать эфоры своим детям. Тем временем Вентру в Америке богатели, извлекая прибыли из бурно развивающейся военной промышленности, и не жалели о прошлом. Что касается мира смертных, то Вторая мировая война положила начало медленному угасанию Европы и росту влияния Америки, в том числе и среди Вентру.
Ядерный вопрос

Ни одно событие не наводило такой ужас на людей и на Сородичей, как взрыв первой атомной бомбы над Хиросимой. Пожалуй, можно сказать, что Сородичей этот взрыв напугал еще больше, чем людей. Смертные уже знали, что их жизни могут прерваться в любой момент. Теперь же и вампиры узнали, что люди могут одним нажатием кнопки стирать с лица Земли целые города вместе со всем населением.

Вентру, поддерживавшие связи с высокопоставленными политиками и военными чинами, пристально следили за ситуацией с ядерным оружием. В начале 60-х радикальная группировка внутри клана предлагала заполучить атомную бомбу, но этот план был вскоре отвергнут как опасный и нереализуемый. Никто из Сородичей не решился бы доверить такую мощь другому Каиниту (и в особенности – Вентру). Во время «холодной войны» Вентру в основном проводили политику сдерживания. Такое оружие должно было оставаться в руках доверенных человеческих правителей, там, где до него не смогут дотянуться непредсказуемые и неуправляемые анархисты или – худший из кошмаров – Шабаш.

Страх перед Шабашем, получившим в свое распоряжение ядерное оружие, все сильнее овладевал умами Вентру. Распад Советского Союза, распространение ядерных технологий и черного рынка оружия в таких странах, как Иран, Ирак и Северная Корея, недостаточная секретность и плохая охрана радиоактивных веществ – вот что страшило Камарилью. Мало кто из Вентру сомневался, что Шабаш разрушит такие опорные пункты Камарильи, как Лондон или Чикаго, чтобы нанести удар секте.

Хотя ничто не указывало на то, что Шабаш завладел ядерным оружием (или хотя бы заинтересовался им), Директорат Вентру начал действовать. Он назначил нескольких наблюдателей, обязанных следить за распространением ядерных технологий и принимать меры по его ограничению. Агенты Вентру, действуя куда более открыто и безжалостно, чем Соединенные Штаты, уничтожили нескольких нелегальных торговцев оружием, у которых якобы был доступ к ядерному оружию. Затем, в своей обычной манере, они «унаследовали» бизнес этих торговцев. Наблюдатели, объединившись в оставшуюся без названия группу, действуют и в наши дни, хотя сейчас их интересует не столько распространение оружия, сколько деловые риски.
Холодная война

Последние пятьдесят лет стали свидетелями того, как клан Вентру вновь восстанавливает свои позиции после полувекового периода упадка и беспорядков. На протяжении четырех десятилетий холодной войны клан процветал, пользуясь паранойей обеих противоборствующих сторон, чтобы увеличить свои прибыли и запустить щупальца в разрастающийся бюрократический аппарат, который в индустриальных странах стал играть все более важную роль. Памятуя о неудаче с Крестовыми походами, сообразительные Вентру решили объединить ресурсы вопреки всем раздорам в мире смертных. Вентру по обе стороны Железного занавеса работали сообща, стараясь извлечь как можно больше выгоды из действий «подопечных» правительств.

Но все же между двумя частями клапана нарастали разногласия. Восточнее Вентру вкладывали ресурсы и время в авторитарные правительства коммунистического блока, но им противостояли могущественные русские Бруха. Особый интерес у Вентру вызывали разнообразные тайные службы, которые позволяли следить за населением и удерживать его в узде. На Западе Вентру в основном были заняты восстановлением европейской промышленности, отказавшись от феодальных отношений и аристократических связей ради крупного бизнеса и основных пакетов акций многонациональных корпораций.

Когда холодная война подошла к концу, те немногие из Вентру, что смогли приобрести влияние в рамках коммунистического блока, внезапно обнаружили, что у них отняли власть – как и у правительств, которые они поддерживали. Десять лет спустя эти Вентру по-прежнему пытались вернуть былое положение, в то время как их западноевропейские собратья, владевшие компаниями, перешли в режим жесткой экономии, чтобы инвестировать крупные суммы в национальную инфраструктуру. В результате часть Вентру Восточной Европы – в особенности в России, Польше, Болгарии и на Украине – нашла себе новое поле влияния: организованную преступность. Тем самым они вторглись в сферу интересов Бруха, и между двумя клапанами началась то вспыхивающая, то затихающая война.

В Америке Вентру радовались на удивление прибыльной послевоенной эпохе. Страх перед коммунизмом пошел клану на пользу. Они смогли вытеснить несговорчивых и неудобных смертных из правительства с помощью всего лишь нескольких намеков и пары улик, указывающих на политические симпатии того или иного человека. В 50-е годы клан процветал, позволяя своим членам укреплять позиции и готовиться к грядущим испытаниям.

И снова Вентру и Камарилья оказались меж двух огней. На западном побережье резко возросла численность анархов, которые отвергали любые притязания Камарильи на Южную Калифорнию. Меры, вовремя принятые вожаками Вентру, например, Лодином и Робертом Кроссом, позволили сдержать распространение анархистской чумы. Это восстание ознаменовало первый успешный мятеж анархов, хотя еще неизвестно, удастся ли им удержать то, что они захватили. Сейчас их положению угрожают Катаяны, во все большем количестве проникающие на территорию разваливающегося «Свободного Штата Анархов».

На границах с Канадой и Мексикой по-прежнему велика угроза нападений Шабаша. Вентру с трудом перенесли захват Шабашем крупных городов Восточной Америки, в особенности – в Новой Англии и штатах по атлантическому побережью. Причину потерь клан видит в децентрализации Камарильи и все увеличивающейся слабости перед лицом агрессивного противника. Не лучше ли открыто вступить в бой под началом (Вентру) главнокомандующего? Недавние экспедиции Черной Руки на юг страны лишь ухудшили ситуацию. Руководство Вентру в Европе не торопилось признавать, что в Штатах сложилась напряженная ситуация, но теперь неповоротливый левиафан начинает просыпаться, вызывая беспокойство у менее властных кланов.

Новая эра

Клан Вентру стоит на перепутье. После отсоединения Гангрел от Камарильи мечта Хардештадта начала лопаться по швам. Шабаш кажется сильнее, чем раньше, или, по меньшей мере, таким же сильным, каким он был на протяжении веков. Клан Вентру всегда стоял во главе Камарильи, но сейчас все чаще и чаще раздаются разговоры о том, что пора бы ему действовать, не оглядываясь на остальных, как подобает истинным вождям и князьям в полном смысле слова. Если остальные кланы захотят, пусть следуют за ним. Они могут присоединиться к Вентру, но время ожидания прошло. С каждым месяцем эта позиция приобретает все большую поддержку со стороны американских Вентру, многие из которых молоды, питают склонность к феодализму и только-только распробовали вкус власти. Более организованные европейские Вентру не желают прибегать к столь жестким мерам и не хотят признавать их необходимость. Камарилья просуществовала пять веков, и они считают, что в ней еще хватит энергии, чтобы дотянуть до ночи, когда настанет Геенна еретиков.

http://wod.su/vampire/book/clanbook_ventrue/01

0

3

Другие Вентру, как старейшины, так и молодняк, чувствуют, что клану не хватает сильного руководства. Тайный Директорат в основном занят разжиганием розни среди членов клана, чтобы оправдать собственное существование и добиться своих целей. Ответом на это требование стал поиск старейших из выживших членов клана, организованный старшими Вентру, в том числе и Робертом Кроссом. Они надеются отыскать Камиллу и Лисандра. Любой из этих двоих, стоит только его пробудить, сумеет изменить жизнь клана. Разумеется, кое-кто утверждает, что оба Сородича вполне себе бодрствуют и заседают в Директорате. Хотя ни одна из точек зрения не подкреплена доказательствами, некоторые Вентру все же надеются, что старейшины проявят себя во время кризиса, но пока что это время не наступило.

Не стоит забывать и о «голубях», о тех Вентру, что хотят заключить хоть какой-нибудь мир с Шабашем. Они считают, что эта бесконечная война не имеет никакого смысла и что секты не так сильно отличаются друг от друга, как принято считать. Как бы ни насмехались члены Шабаша над Маскарадом, они все же не ходят по улицам, заявляя направо и налево о своей природе. Какие бы узы ни объединяли членов Камарильи с людьми, они все равно остаются чудовищами, питающимися кровью стада. В конце концов, даже клан Вентру, возглавивший борьбу с Шабашем, манерами и повадками напоминает вожаков самого Шабаша. Вентру редко испытывали по отношению к людям как расе какие-либо чувства, отличные от презрения: массы намного важнее отдельных личностей, но личности могут стать пищей и полезными инструментами. Эти Сородичи говорят, что, возможно, пришло время примириться.

Сейчас число «ястребов» по-прежнему превышает число «голубей». Доводы «голубей» кажутся логичными, но в отношениях между Сородичами логика редко играет значительную роль. Вентру и Ласомбра – и Шабаш и Камарилья, если уж на то пошло, - просто ненавидят друг друга, поэтому мир между ними едва ли возможен. Поговаривают, что объединить две секты сможет только общая угроза, например, долго ожидаемое (но так и не наступившее) возвращение Патриархов, событие, которое большинству Вентру представляется невероятным. Зачем беспокоиться о том, чего никогда не случится, если враг уже известен?

Этот век имеет для Вентру огромное значение. Они по-прежнему обладают светской властью и влиянием, возможно, большим, чем любой другой клан Сородичей. Но власть их ослабевает, ее основание покрывается трещинами. Если инертное руководство не сможет обрести энергию, чтобы подтолкнуть клан к действиям, угасание станет неизбежным, потому что правительства и экономика уже выходят на мировой уровень. Но история показала, что Вентру умеют находить выход из трудных ситуаций, иногда принимая неожиданные для всех решения. Почему? Потому что, в отличие от остальных кланов, Вентру по-настоящему безжалостны, расчетливы и хладнокровны. Чтобы выжить, они пойдут на все и предадут кого угодно. Таково их наследие, их традиция, их история.

Вентру любят свою историю.
Новая штучка

Вентру, обладающие хорошей памятью и чтящие традиции, с трудом могут угнаться за технологическим развитием. В последние век-полтора эта задача стала для них практически невыполнимой. Вентру, впавший в торпор в 2100 году до н. э. и проснувшийся в 1200 году н. э., обнаружил бы изменившийся, но все же узнаваемый мир. Но вампир, заснувший в 1600 году и проснувшийся 400 лет спустя, едва ли поверил бы своим глазам. Даже те Вентру, которые каждую ночь просыпаются и могут наблюдать за эволюцией, не успевают угнаться за переменами.

Клану в целом еще предстоит войти в век информационных технологий. Традиция требует, чтобы важные встречи проводились лицом к лицу. Быстроходные транспортные средства упрощают организацию таких встреч, но отпрыскам клана и членам Директората все равно приходится съезжаться из разных стран в условленное место, чтобы принять решение, которое было бы принято на пятой минуте селекторного совещания. Электронная почта и даже срочные пересылки остаются для многих старейшин клана тайной за семью печатями, чем-то сверхъестественным.

Вместо того, чтобы хотя бы попытаться понять современные технологии, Вентру положились на своих отпрысков, разбирающихся в новинках. Подобно королям, отдающим приказы придворным магам, они сообщают своим потомкам, слугам и гулям, что те должны сделать с помощью техники, а затем ждут, когда их распоряжение будет выполнено. Обычно такие обязанности дают знающим Сородичам некоторые преимущества и позволяют рано приобрести влияние. Иногда умеющие обращаться с компьютером юные Вентру обладают доступом к информации, которой не владеют Сородичи старше их на сотни лет. Но все же клан далек от полной компьютеризации. Многие важные распоряжения по-прежнему пишутся от руки, на бумаге ведется деловая корреспонденция, регистрируются деловые операции. До сих пор дела клана от этого не страдали. Но чем больше старейшины отстают от времени, тем уязвимей становится их положение.

0


Вы здесь » VTM: eternal war » Темные века » Вентру (Ventrue) (Тёмные века)


Сервис форумов BestBB © 2016. Создать форум бесплатно